Кыштымская дичь. Репортаж из города, где находят гуманоидов, а вода синее неба

Одна из красивейших церквей Кыштыма, собор Рождества Христова, соседствует с пожарной частью. Сейчас храм реконструируют

Лет триста назад Кыштым и его окрестности были девственно чистым местом. С тех пор с одной стороны к нему присоседился «кислотный» Карабаш, с другой — контрольно-пропускные пункты Озёрска, где находится переработчик ядерного топлива ПО «Маяк». Дошло до того, что на Западе катастрофу 1957 года знают под брендом «Кыштымская авария», хотя город к ней не причастен, да и в зону поражения не попал.

Окраины Кыштыма и вид на гору Егоза

Кыштым и теперь производит впечатление природного рая, на который со всех сторон наползают леса, горы и вода. В Кыштыме есть и рукотворные красоты, но есть и рукотворная жесть, так что обо всём по порядку. Но начнём с истории и трагической, и курьёзной.

Эта странная постройка — памятник кыштымскому карлику Алёше. Вандалы в очередной раз его разрушили

История кыштымского гуманоида Алёши взрывает мозг каждый раз, когда я читаю подробности. Даже не сама история, а шлейф конспирологии, который тянется за ней до сих пор. Затравка такая: в 1996 году состоящая на учёте у психиатра Тамара Просвирина нашла около посёлка Каолиновый (прилегает к Кыштыму) странное существо. Тут историю можно было бы заканчивать, если бы не доказательства существования гуманоида, которые, в общем, не оспариваются. Баталии провоцирует его происхождение.

Посёлок Каолиновый невзрачен: его проезжаешь каждый раз по пути от Челябинска и Аргаяша в Кыштым

Какое-то время существо, названное Алёшей, жило дома у Просвириной и даже ело вкусняшки, издавая при этом свистящие звуки. Потом оно умерло и его тело выкрал местный жулик, приняв за труп инопланетянина. Впоследствии тело было утрачено, оставив поле для смелых теорий: иные уфологи искали и даже находили место приземления летающей тарелки Алёшеньки. Более приземлённые люди считают Алёшеньку недоношенным ребёнком с сильными генетическими мутациями, что косвенно подтверждает обнаружение аналогичного существа в Чили.

Впрочем, посёлок Каолиновый, в котором нашли Алёшеньку, большинству из нас известен благодаря «уральскому Бали» — затопленному глиняному карьеру.

Каолиновый карьер с водой увлекательного цвета
Но увлекаться не стоит: дно карьера коварно, а вода не так чтобы чиста — рядом мусорный полигон. В в качестве напоминания на берегу есть могила человека, который не слушал советов

Это, кстати, не единственный карьер такого рода вокруг Кыштыма: ниже фотографии технического пруда Кыштымского завода сплавов, который тоже подходит для селфи «всем привет с Мальдивов».

Технический пруд напоминает курорт
С Кыштымским заводом сплавов его соединяет труба длиной 700 метров

Но достаточно аномалий — вернёмся к суровой действительности. Кыштым состоит из двух половин, верхней и нижней, и обычно под Кыштымом понимают именно первую, где находится большинство красот города. Но мы начали с Нижнего Кыштыма и сразу же наткнулись на такую вот картину.

Улица Вайнера в Кыштыме
Район ещё называют Коноплянка, и жители жалуются, что все считают его рассадником разных зависимостей
— Сами посмотрите, в каких условиях живём, — сказала жительница Коноплянки, увидев в окно человека с фотоаппаратом
Её соседка приглашает нас в квартиру, показывая трескающийся потолок.
— Соседка ходит, штукатурка осыпается, — поясняет она. — А проводка такая старая, что боимся сгореть

Ротация жителей в районе очень высокая: «старожилы» заселились в 2000 году, когда домам уже было лет по шестьдесят, поэтому и происхождение их толком не знают. Часть домов, судя по всему, была построена ещё до войны, какие-то бараки возводили пленные немцы: упоминание об этом есть в исторических книгах.

Это наполовину переселённое здание напоминает писательскую дачу
Кроме одной квартиры, остальные съехали. Возможно, в город, изображённый на плакате
В некоторых домах было печное отопление и отсутствовали санузлы: удобства размещались на улице. Снимок сделала моя напарница в этой поездке, Оля Козлова

Есть какая-то грустная ирония в том, что в дни празднования 75-летия Победы народ-победитель ещё живёт в домах, построенных в период этого великого события и частично — силами неприятеля. Впрочем, к моменту нашего приезда многие дома уже выселили,так что процесс пусть не завершён, но пошёл.

Вид из расселённого дома на жилой
Мотивирующие обои, похоже, помогли
Фотография главы Кыштымского городского округа Людмилы Шеболаевой в газете, брошенной в одном из переселённых домов
Переселены далеко не все бараки. И если дети воспринимают всё как данность, то взрослые переживают, как бы их не забыли здесь надолго
Цвета истории
Собаки тоже встревожены

Интересно, что жутковатая Коноплянка находится по соседству с один из важнейших предприятий Кыштыма — медно-электролитным заводом, входящим в состав РМК. Его окрестности имеют совсем другую фактуру: прямо открытка.

Кыштымский медно-электролитный завод: вид с Нижне-Кыштымского водохранилища на реке Кыштым
Старая плотина и храм Николая Чудотворца
Памятник танку Т-34
ДК «Металлург»
Водонапорная башня завода

Нижне-Кыштымский завод вместе с его Верхне-Кыштымским коллегой был основан ещё Никитой Демидовым и поначалу назывался железоделательным: здесь выпускали качественный металл. Но «шляпы» железной руды в окрестностях Кыштыма были выработаны и оказалось, что главное богатство этих мест — медь. Так в XIX веке по соседству возник Карабаш с его многочисленными шахтами и комбинатом полного цикла, а сам Нижне-Кыштымский завод сменил профиль. В начале XX века завод перешёл под контроль англосаксов во главе с предпринимателем Лесли Урквартом, который и переориентировал его на выпуск меди. Сейчас КМЭЗ выпускает чистую катодную медь, работает с золотом и серебром и является во всех смыслах гордостью Кыштыма, что лишь добавляет контраста с расположенной тут же Коноплянкой.

Жителей Коноплянки переселяют в посёлок Каолиновый и в район Дальняя дача. Но обитатели этих домов пока не знают, когда и куда они смогут уехать из этого жутковатого места
Дальняя дача — район на выезде из Кыштыма в сторону Карабаша

Недалеко от медноэлектролитного завода стоит парадоксальный монумент — водная ракета. Первая мысль: наверное, когда-то она катала туристов по водохранилищу. Мысль неверная.

Иногда ракета — это просто ракета. По Кыштымским водохранилищам такие не ездили, им тут банально тесно
Аппарат притащили в девяностых из Пермской области (с реки Камы) и установили напротив медно-электролитного завода
Его хотели превратить в ресторан, но идея не прижилась. Сейчас внутри — аккуратная столярная мастерская. Валерий (на фото) рассказал, что помогал делать ремонт в ракете, когда её планировали переделать в суши-бар, но что-то пошло не так. В итоге Валерий и его компаньон арендовали помещение под столярную мастерскую, в которой классно пахнет стружкой
От ракеты видны постройки заброшенного Кыштымского огнеупорного завода (входил в группу «Магнезит»)

Но вернёмся в Верхний Кыштым, больше известный туристам: здесь находится ещё один градообразующий завод, который во времена Демидовых назывался чугунолитейным, но потом также сменил профиль — теперь он называется машиностроительный и выпускает оборудование для горных разработок. Например, головки для буров, которыми делают глубокие скважины (шпуры) для закладки взрывчатого вещества.

Завод, естественно, почти полностью обновился, но о демидовских временах напоминают кое-какие строения с невероятно красивой кладкой

Кстати, говоря о Никитах Демидовых, важно не запутаться, потому что как и Фердинандов Порше их было несколько. Зачинателем династии был Никита Демидович Антуфьев, в наших категориях — провластный олигарх, «друг» Петра I. Он получил право осваивать недра Урала и превращать их в капитал. Младший сын Никиты, тоже Никита, основал Кыштымские заводы и, собственно, само поселение. Причём основал без особой протекции отца, а, скорее, в попытке доказать ему свою состоятельность как дельца. Но через три года после запуска производства Никита Никитич умер, поэтому большую часть времени заводами руководил его сын, ещё один Никита Никитич. Кстати, параллели с родом Порше действительно прослеживаются: их династию основал Фердинанд Порше-старший, «друг Гитлера» и автор «Фольксваген Жук», фирму Porsche организовал его сын, а внук был автором самой известной модели — 911.

Дом Демидовых. Задний двор
Альтернативное название — Белый дом — по цвету фасада

Помимо заводов самым медийным «артефактом» Кыштыма является дом Демидовых, построенный Никитой Никитичем-младшим. Исконный вид дома не сохранился, ибо его перестроил следующий владелец заводов Лев Расторгуев, кстати, основатель сети питейных заведений, что-то вроде «Красного и белого» того времени. Изначально дом был меньше и не таким пафосным, так что его нынешний дворцовый вид — это отражение вкусов Расторгуева.

Кладка — просто загляденье

Удивительно, что столь очевидная достопримечательность находится в жутком состоянии. Формально особняк ремонтируют и видны даже следы новой штукатурки, но в целом объект попросту опасен для жизни: мы зашли внутрь и увидели полы без перекрытий с провалами высотой метров десять.

Эти стены слышали голоса Демидовых
А по этой лестнице поднимались важные гости
Как любой сильный дом, демидовский особняк стареет красиво

И, чтобы подытожить историю с Демидовыми, ещё один свидетель того времени — храм Сошествия Святого Духа. Старше него на Урале только Уйская церковь в Троицке, которая была на заглавном снимке в репортаже про город. Кстати, до сих пор неясно, почему храм Сошествия Святого духа располагается на острове посреди Верхнекыштымского водохранилища, ведь обычно церкви ставили в центре города и на возвышенности. По одной из версий, Никита Демидов-младший распорядился заложить храм на месте, где когда-то останавливался на обед.

Одна из старейших церквей Урала
Напротив храма находится дом Дружинина из лиственница. Зданию примерно 170 лет. Усадьбу заложили во времена, когда в России ещё было крепостное право
Народный дом — здание, построенное в 1913 году. Домом оно было для местного театра, а сейчас — для многих творческих коллективов. Глядя на него, всё думаешь: что в прошлом веке, что в этом 13-ый год словно подытоживал относительно спокойное начало столетия

В Кыштыме есть четыре православных храма, но один из них примерно в таком же состоянии как дом Демидовых — это Свято-Троицкая церковь.

Сейчас церковь восстанавливают: внутри работают люди, видны следы новой кладки
В советские годы здесь был сначала кинотеатр, потом музей, а в 90-е здание пришло в упадок
Около него бегает местный «лев» весьма добродушного нрава. Ещё один кыштымский карлик
Кыштым построен на башкирских землях, и здесь есть мечеть, причём очень красивая. Находится прямо около вокзала

Кстати, перемещаясь по Кыштыму трудно игнорировать ещё один его символ города: воду. Кыштым находится в окружении такого количества озёр и водоёмов, словно бог обстреливал местность ледяными метеоритами. А главное, в самом городе находятся два водохранилища — результат перегораживания рек Егоза и Кыштым. Вода требовалась промышленникам того времени для привода механизмов, так что технические пруды были около большинства подобных заводов.

Верхне-Кыштымский пруд имеет изрезанную форму, множество мостов и каналов, за что город иногда называют уральской Венецией.

Береговая линия Кыштымского пруда (водохранилища) живописна
Лучший вид на многие достопримечательности — с воды
«Аквапарк»
Кыштымская вода крупным планом
Около берега можно встретить вот такие дома — прямо Калифорния
И много исторических зданий: это готовят к реконструкции
Горы и вода — две стихии Кыштыма. На фоне — Сугомак
Очистные сооружения на окраине Коноплянки. Здесь всё бурлит и источает сероводород, а сливы диаметром с полметра без защитных решёток выглядят прямо-таки зловеще

С водой связано недавнее ЧП в Кыштыме: восьмилетний мальчик упал в воду с лодочного причала, но был спасён сотрудницей Росгвардии Натальей Голубенко, которая проезжала по мосту, соединяющем один из островов с «материком». Забавно, что мы не планировали ехать сюда и опознали место случайно, переезжая мост, удивительно похожий на описание из нашей же статьи. Мы нашли маму мальчика и поговорили с ней.

Причал, с которой упал мальчик. Глубина здесь сразу большая
Наталья ехала по этому мосту на машине и случайно увидела барахтающегося в воде ребёнка, прыгнула в воду прямо в одежде и спасла мальчика
Мама мальчика Елена беседует с нашим корреспондентом Ольгой Козловой. Сотруднице Росгвардии Елена благодарна без всякой меры: говорит, иначе бы ребёнок утонул

Кыштым, в отличие от Троицка и Сатки, оставляет больше вопросов. Город полон шарма, но шарм этот создаёт природа и наследие времён демидовских. В остальном же Кыштым выглядит более запущенным, чем ожидаешь от места со столь богатой историей.

Некоторые здания Кыштыма напоминают о Европе, как этот «Банный рай» слева

По пути обратно мы рассуждаем, что в проклятых Европах подобные городки пестуют не только ради любви к родному краю, но и чисто прагматически: я вполне воображаю дом Демидовых с музеем и открытыми для туристов цехами старой фабрики, с роем легенд и разных сомнительных новоделов вокруг, а ещё — с кафе, конно-стрелковым клубом, прокатом каяков и обильной продажей сувенирки, от малахита до изделий из местного золота.

Окна старого дома — тоже напоминает рождественскую Европу

Но помечтали и будет. Всё обаяние уральских городов не может затмить их исторического предназначения: быть дойной коровой для центров силы, которые расположены далеко. Эти центры если и думают об эстетике и нуждах местного населения, то по принципу минимальной достаточности.

Облагороженный храм сразу создаёт хорошую картинку

Нынешние времена — не худшие. Прилагательное «кыштымский» часто сочетается с ещё одним словом — зверь. «Кыштымским зверем» называли Григория Зотова, дельца XIX века, который помимо управления Кыштымскими заводами прославился как первый разработчик карабашской меди и основатель завода Каслинского литья. Однако его методы и безжалостное отношение к рабочим вылилось через много лет в уголовное дело. Одной из улик стали найденные на дне заводского пруда тела казнённых рабочих. Есть в этом что-то очень символичное для Кыштыма — разлившаяся кругом вода хранит свои секреты.

Одна из сторожевых башен демидовского дома: в её недрах, предположительно, находилась тюрьма и пыточная, где Зотов истязал непокорных и провинившихся

И это отношение к Уралу, прицепу «основной России», ощущается до сих пор. Оно лакируется постоянным восхвалением «опорного края державы» и разными посулами, но по факту для многих правителей Урал — это место, где люди исторически привыкли к подавлению и работе на износ. Поэтому, наверное, олигархи-добытчики без труда получают экологические карт-бланши. Поэтому богатые предприятия окружают трущобы. Поэтому главные социальные проекты — это очередные «деньги на храм». И хотя ситуация вроде бы меняется к лучшему, происходит это в тех строго отмеренных дозах, которые нужны, чтобы жители продолжали верить. Во что верить? Во что-нибудь: в Бога, в рабочие места, в светлое будущее.

То ли промышленность для людей, то ли люди для промышленности…

Здесь годами идёт торг с населением, главным аргументом которого является мантра: не будь на Урале промышленности, не было бы здесь и жизни. По существу это верно — Урал зависим от своих производств. Но порой кажется, что производства взяли его в заложники, и хотя мир вокруг меняется, Урал живёт менталитетом, зародившимся ещё в те демидовские времена. А кто-то этим пользуется.

Табличка на одном из домов Коноплянки. Ей полвека, не меньше

4 комментария

  1. Black’n’white

    Артём, тебе надо собрать южно-уральские путевые заметки в художественный сборник. Хорошие репортажи неравнодушного журналиста с любовью к родному краю.

    • Конкретно такие репортажи очень завязаны на фотографии, их сложно в текстовый сборник поместить. А так присвоим им хештег и будет сборник 😀 Я специально под такого рода материалы завёл рубрику «Репортаж» и в меню на главной вывел.

  2. Kriptonus

    Все в том, что нет в верхах людей, которые бы чаяли о вверенных им дугах и территориях. Все временно, всех «уйдут по статье». У меня сосед по улице (живём в поселке) был физруком в местной школе, несколько лет выбивал разрешение на пустующую землю по соседству с моим участком на детскую площадку. Получилось, построил плошадку, детишки с нашей и соседних улиц играют. Потом какой-то конфликт с администрацией, ушел из школы. Но мужик-то хороший, за дело болеет, за детей. Я бы точно сдался за несколько месяцев. Где такие люди во власти? Огромная редкость, если и есть, то на краю орбит, про которых писал Эдуард. Это катастрофически мало, вот и разруха во всем. Вот и не край, а просто склад с ресурсами.

    • Наверное, подобная ситуация по всей России вообще существует, я хотел чуть другую мысль отразить — Урал исторически был местом, тяжёлым для существования. Но 300 лет назад к этому были объективные предпосылки, сейчас — скорее всего, нет. Если первые заводы/шахты вспомнить и условия работы, то это был труд, близкий к каторжному, тем более что поначалу тут работы крепостные выполняли. Потом были восстания рабочих, что-то, возможно, менялось, но глобально этот менталитет «края терпеливых» остался и он чувствуется в том числе у загоков, которые смиренно (по РМКашной методичке) талдычат про рабочие места. Сидят в уюте за компом и за чужие рабочие места переживают. У меня товарищ в Карталах попытался устроиться на Михеевский ГОК, условия работы там — ад (окей, по современным, не Зотовским меркам). Впахиваешь весь световой день за очень сомнительную зарплату, ездить далеко, работа черновая. Он сейчас устроился на железку (тоже контора полувоенная), но сразу пошёл в гору, потому что высшее образование и очень рукастый. Так что весь этот пиздёж нужен просто для легитимации дальнейшего разорения земной коры, но не для благополучия региона, ибо оно сегодня зависит не только от очередной шахты (в отличие от демидовских времён), а от целого комплекса факторов, в числе которых экология, имидж, социалка и так далее.

Добавить комментарий