Теория умерших писателей

Есть у журналистов такой фетиш — мечтать о писательской карьере. Касается не только меня. Лучше всего на эту тему высказался Сергей Довлатов:

— А правда, что все журналисты мечтают написать роман?

— Нет, — солгал я.

Для чего журналисту писательство, вопрос из области психиатрии. Сначала ты тратишь много времени, чтобы написать. Потом столько же, чтобы опубликовать. Потом пытаешься всучить книги друзьям, из-за чего друзья тебя избегают. Потом не можешь сдать гараж соседу, потому что там хранится 4500 экземпляров (из 5000). Так проходит пять лет.

Это не личный опыт. Я даже до первой стадии не добрался. Это рассказ одного московского журналиста, который, выпив дорогого вина, стал исповедоваться насчет писательской карьеры. Карьера состояла из многочисленных успехов. Рассказы, повести, романы… Издан был только один. И на собственные деньги. Но зато оказался успешным. По крайней мере, если применить логику торговца бракованной взрывчаткой, потому что если никто не возвращается с бракованной взрывчаткой, значит, нормальная была взрывчатка.

Я слушал того писателя с лицом курильщика, который клянется бросить. Чтобы никогда. И ни за что. Тем более мой гараж уже и так прилично захламлен.

Для чего журналистам непременно нужно писать? Амбиции, жадность, поиски легкой жизни. Плюс хочется оставить что-то после себя. Работа журналиста, при всех ее плюсах, напоминает рулон туалетной бумаги, который исчезает с паскудной регулярностью. В лучшем случае от нее остается пластмассовая втулка какой-нибудь премии (хорошо, если Пулитцеровской). Книгу можно хотя бы подарить. Это посолиднее распечатанной из интернета статьи. Или ссылки на youtube.

Сказывается и несколько преувеличенный образ писателей, которые, сидя где-нибудь на Капри, выдают по гениальному роману в год. Сомневаюсь, что журналисты мечтают стать автором бестселлера «Спецназ атакует — 8. Кровная месть». Но тех писателей с острова Капри не так много, поэтому работает принцип сетевой компании, когда успех единиц вдохновляет остальных, не замечающих плачевности своего статуса.

Иногда я беру зеркало и внимательно смотрю на свою творчество. Включаю режим максимальной критичности. Под таким углом нельзя скрыть того факта, что мы просто пишем дерьмовые романы, которые, если не случится грандиозного запора, средний читатель не способен осилить. И уж тем более не станет покупать. Я выведу за скобки наших друзей. Они купят и осилят. Даже ценой запора. Иначе что они за друзья.

В остальном мы сыплем банальностями.

Интернет усугубляет болезнь. Его свободный рынок позволяет торговать недоспелыми яблоками. Раньше плохим романом можно было растопить печь, а сейчас даже печей нет.

Впрочем, качество текста — дело наживное. Цой, если на то пошло, вряд ли бы стал иконой с песнями вроде «Когда твоя девушка больна».

Хуже, что писательство как таковое умирает. Оно не умрет совсем, как не умерло искусство играть на арфе. Кто-то останется и будет примером живучести, как какой-нибудь подосиновик, переживший ядерную зиму. Но обществу не нужна такая орава графоманов. Ему нужна с дюжина хороших арфистов и две дюжины хороших авторов. Остальные должны умереть.

Роль книги в последние лет пятьдесят существенно изменилась. У книги появились конкуренты. Влогеры покажут далекие страны. Ток-шоу помогут скоротать досуг. Мобильный интернет решит вопрос скуки в очередях. Личный контакт с аудиторией проще получить через блог. И так далее. Люди продолжают читать, но доля внимания и значимость чтения сократились геометрически. Любителей классического чтения (не блогов) впору защитить отдельным законом в силу их малочисленности, выдавать молоко за вредность и льготные тарифы на ипотеку. Но даже у них находятся обоснованные поводы не читать что-то размашистое. Гости приехали. Сын родился. Батхерт в интернете затянул. С фонариком под одеялом мы, скорее, будем рубиться по острополитическим вопросам, чем дочитывать великий роман. Ай-ай-ай, бросится ли она под поезд или обойдется? Ай-ай-ай…

Писательство держится на инерции взрослого поколения и остаточной престижности процесса. Если ты читаешь книги, в очках и неудачник, то наверняка духовно выше остальных. Иначе у тебя вообще все плохо.

Писать в обеденных перерывах надоедает быстро. Если вы не совсем пали духом, вы хотите писать лучше. Это требует времени. Время стоит денег. Роман, который вы писали полгода-год, в случае благоприятного стечения обстоятельство принесет долларов 500, может быть, 1000. Чтобы не писать автобиографическую повесть «Как я встретился с коллекторами», вы продолжаете писать в обеденных перерывах. Проще говоря, топчетесь на месте. Стрижете по верхам. 

Никто не виноват. Просто зуда написать у нас больше, чем у вас потребности прочитать. Объективные обстоятельства. Кризис перепроизводства. 

Некоторую надежду дает самиздат, но он же делает тщательную работу над книгой совсем неоправданной. Зато позволяет бесконечно бегать по кругу в статусе подающего надежды.

Это подводит к простой мысли, что за прошедшие сто и даже тысячу лет ничего, в сущности, не изменилось. Хочешь быть писателем — будь первоклассным писателем. И за свой счет. А еще смирись, что гараж пригодится для остатков тиража.

Но это горькая пилюля. Поэтому мы всячески оттягиваем лечение. Мы представляем себя на Капри, утомленными от предложений издателей и запросов на экранизацию.

А жизнь идет как идет. И довольно быстро.

42 комментария

  1. Выбросы, что ли, какие-то прошли. Буквально позавчера я о том же размышляла. Про глупые романы и прочее. Но когда ко мне приходят такие мысли, я сразу вспоминаю Кафку (грефневую). Как-то так сложилось, что в вузе у меня руки не дошли читать его, с его «Замком», а потом «Процессом» я встретилась позднее. Я вообще не понимаю, как этот бред когда-то опубликовали и как его могут читать люди, не имеющие тяжелых психических отклонений. Я ненавижу Бунина, потому что за его изящной словесностью нет ничего — пустота. Он как депутат: говорит красиво и бессмысленно. Но вот поди ж ты — Бунин — нобелевский лауреат, в именем Кафки литературная премия названа.
    О чем это говорит? Да ни о чем. У каждого писателя есть свои читатели, как и свои непочитатели. То, что нравится мне и что вызывает у меня сильные чувства, не понравится тебе или Сиплому. А твои любимчики вызовут недоумение у меня. И нет писателей, которых бы любили все. Или ненавидели все.
    А еще я всегда держу в уме высказывание Марка Твена: «Писателями становятся люди, которых не слушали». Так что писательский бум сейчас — не просто побочка гаджетов и интернетов. Это та самая психологическая проблема, когда ты хочешь сказать, а тебя не слушают.
    Ну и раз уж ты там про друзей заговорил… Когда тебе засылать мои романы? :))))

    • Артем Краснов

      >>Ну и раз уж ты там про друзей заговорил… Когда тебе засылать мои романы? :))))
      Каюсь, еще тот рассказ не прочитал, что ты мне как-то кидала. В выходные и не пишу, и не читаю, фиг знает… Период полураспада, наверное) Но в уме держу.
      Что до остального, к.м.к., этим легко себя успокоить. Понятно, что нет писателей для всех. Но с таким подходом можно любого марателя бумаги считать вполне себе автором. Прочло 10 человек, двое поставили плюсик — готов автор. Спросим себя беспристрастно, будут читать то, что мы напишем сегодня, лет через 20 после нашей смерти? Критерий не универсальный, но иного у нас нет.
      Я всерьез задумался, надо ли вообще что-то писать. Окей, хочется писать – никто нам не запретит. Просто не могу избавиться от мысли, что объективно людям этого не надо. Это не имеет для них ценности. Если напишешь, они могут прочесть из любопытства, потому что знают тебя. Ничего в мире не изменится от того, функционирует ли братская могила авторов на каком-нибудь проза.ру или литресе или нет.
      Хороших авторов читают, и они, вероятно, нужны. Нюансик в том, что не каждый графоман – автор. Я не говорю, что все журналисты безнадежны. Просто даже если есть задатки, их нужно развивать. Для этого надо много работать. Не урывками, а капитально. Набирать фактуру. Самому читать. Пробовать, ошибаться, переписывать. Тогда, может быть, что-то выйдет. Но чтобы подойти так капитально, надо за счет этого жить. Надо чтобы был достаточный спрос на то, что ты делаешь. Но его нет, потому что, как я сказал, люди сегодня не нуждаются в книгах так, как когда-то. Остается писать изредка и для себя. Но когда пишешь для себя, теряешь ориентиры и как правило топчешься на месте.
      Бунин – правильный пример. Сегодня не нужен Бунин. Сегодня youtube есть) А когда его не было, люди наслаждались его изящной словесностью. Вот и разница.
      ЗЫ: страшно кого-нибудь обидеть, отнюдь не имею такой цели, скорее, у меня просто накипело, и надоело все.

      • Артемий, ну вот если с тем же мерилом подходить ко всему, что есть в мире, то получится, что ничего не нужно. Картины не нужны — есть же фотик, себяшки. Моцарт не нужен — на кой он, если если Иван Дорн или Джастин Бибер. Уйдет Бибер — придет Шмибер. Во времена Вивальди была тонна годных композиторов, которые писали музыку, может, и получше него. А в веках остался он, потому что писал для королевской оперы. То есть по тем временам — это джинса, а мы щас слушаем и такие: о, Вивальди! А ему-то всего-навсего повезло с контрактом на оперы для театра. И из-за того, что его ставили тут и там, он и запомнился. А ставили бы Лесье — запомнился бы Лесье. И мы бы щас такие: о, Лесье!
        Кому нужны спортивные рекорды? Для начала ХХ века пробежать стометровку за 13 секунд было рекордом, сейчас этот норматив включен в школьную программу. То есть сейчас каждый школьник должен бегать, как герой-рекордсмен 100 лет назад. Ничто не вечно в этом мире, если это не приколотить гвоздям и не напоминать об этом каждый божий день.
        Ты вот пишешь, что нельзя создавать шедевры в обеденные перерывы, что нужна обстоятельность, время, неспешность. А я тебе расскажу про игрока сборной Северной Ирландии Конора Вашингтона. Он работал на почте, вставал в 5 утра, чтобы успеть разнести утренние газеты перед тренировкой, которая начиналась в 8. После тренировки он учился в колледже, потом вечерняя тренировка. Он жил в таком режиме 7лет: работал, чтобы обеспечить себе учебу и еду, тренировался, чтобы обеспечить себе карьеру. Если бы он ныл, что ему надо больше времени на тренировки и на отдых, что нельзя заниматься футболом в перерывах между работой и учебой, он бы не попал в сборную страны.
        Я к чему это… Я тебя очень понимаю, правда, потому что сама периодически в это состояние погружаюсь. Но это состояние утопичное, неконструктивное и… естественное. Его нужно переждать, как ураган, а потом снова в бой.

        ПыСы. Рассказ можешь не читать. Мы же договаривались: без насилия.

        • Артем Краснов

          Надич, если тебе помогают такие рассуждения, то хорошо. Пусть. Для меня вопрос немного в другой плоскости, наверное.
          Отвлекусь от условной «ненужности» книг, твой пост навел меня еще на одну мысль. Сдается мне, большинство авторов слишком сильно обманывают себя подобными рассуждениями, не желая видеть, что, новый век требует новых книг. Но они так прочно застряли в литературе прошлого, так хотят быть похожими на старых авторов, что продолжают пичкать читателей пародиями на то, что тем уже не слишком интересно. Восьмые Стругацкие, сорок пятые Бродские… Они как бы говорят читателям: «Смотри, я могу почти как они». И читатели ставят лайки, но немного, ведь это лайки сочувствия. И этот оптимизм насчет «каждая книга найдет читателя» не дает выйти за рамки. Мы успокаиваем себя этими мантрами и топчемся на месте. Посмотри беспристрастно на «подающих надежды». Неправ я?
          Может быть, нынешним людям и нужны книги. Но совсем иного толка. И кто найдет новые интонации, тот автор по праву. Но полчища графоманов, включая меня, считают, что главное написать, главное, чтобы кто-то там прочел… Ну и чего достигнешь с таким настроем?

          • На презентации «Камня» ты задал Ульяне очень хороший вопрос, который заставил задуматься и меня. И задумавшись, я дала себе неожиданные ответы. Ты спросил: «Что для тебя значит — быть писателем?» Я читаю твой пост и не могу понять, а для тебя-то что это значит? Ты хочешь все и при этом не хочешь ничего. У меня создается ощущение, что у тебя внутренний конфликт, как у Гумилева: быть знаменитым некрасиво. Вроде душой хочется, а умом отрицается. И пока ты внутри этой битвы находишься, ты не сдвинешься с места — это однозначно. А пока ты с места не сдвинешься — ты будешь страдать. Определись с тем, чего ты хочешь, и разреши себе это хотеть, отключи того Краснова в голове, который опрокидывает любую идею. Хочешь ты быть богатым и жить на Капри — значит тебе нужен контракт с королевской оперой, как у Вивальди. Хочешь, чтобы тебя читали сейчас — будь графоманом и хапай аудиторию. Хочешь оставить след — пиши в стол, как Кафка, чтобы после твоей смерти Глеб издал твои произведения — и твое имя таки озарило Олимп. Нельзя получить все и сразу. Но и отказываться от всего — это брести без цели. Это очень тяжело.

          • Артем Краснов

            А есть вариант, чтобы и читали, и не надо было при этом быть графоманом? 😀
            Вот ты, как я понял, определилась. Ты искренне счастлива такой писательской карьерой? Тебя все устраивает? Есть ощущение удовлетворенности? Есть ощущение, что это правильный подход? Тут без сарказма спрашиваю, если тебя устраивает — значит, хорошо, ты нашла равновесие, как и один товарищ в ФБ. Кто нам судья? Да никто. Я за себя думаю.
            Чего я хочу и не нахожу — это проекта, который бросал бы мне некий вызов и в то же время позволял поддерживать быт. Не ради какой-то корысти, а чтобы я мог на этом проекте сосредоточиться. Пока получается так: либо вызов, либо быт. Не совмещается.

          • Артем Краснов

            Может быть, моя критичность избыточна. Но большинство графоманов являются таковыми именно по причине низкой самокритичности. Они запулили куда-то что-то и чувствуют прилив удовлетворенности. Почему я так не могу? Наверное, дефектный.
            Мне нужно выбрать — либо заниматься капитально, либо бросить, пока не поздно. И я стою сейчас перед этим выбором. Ты говоришь: определись. Я и определяюсь. Было бы это просто, я бы давно определился.

      • «Но с таким подходом можно любого марателя бумаги считать вполне себе автором.»
        А почему нельзя? Он пишет, он сочиняет — значит автор. Хороший или плохой — это уже другой разговор, но кому-то хватает 10 читателей, чтобы быть счастливым. Я сейчас про себя говорю. Когда у нас был футбольный сайт и я писала для болельщиков, я была вполне счастлива. Мне важнее был тот уютный мирок, который у нас на сайте царил, чем тысячные тиражи или литературные премии.

        • Артем Краснов

          Ты на ФБ потом глянь тему, журналисты-авторы подключились к дискуссии))) В том числе, многократно издававшиеся.

          • Парящий над дорогоЙ

            Давай сюда интересные каменты. А то в мордокнигу не пускает без регистрации. А региться там совсем нет желания, да и надобности.

            А так интересно почитать вас с Надей. Хотя своей точки зрения пока нет. )

          • Артем Краснов

            Там шибко много) Копировать замучаюсь.

  2. Сиплый

    Похоливарить можно? Пятница. Скука смертная, а тема прямо огонь!

    • Парящий над дорогоЙ

      Жги, Володь! А то чет совсем пропал.

      • Сиплый

        Если начальник даст добро, похоливарим. Для затравки было бы прикольно чтобы автор пояснил как соотносятся его камменты тут: http://krasnov74.ru/2017/03/16/myatezhnie_dushi-story/ с тем что он написал сегодня. У меня никак не соотносятся. Как будто два разных человека писали. Сегодняшний текст словно художественная обработка того, что я тогда пытался донести.

        • Артем Краснов

          Автор полон противоречий)

          • Сиплый

            Это самая распространенная отговорка в случае прямого противоречия смыслов выдаваемых один и тем же человеком…люди почему-то любят прикрывать кашу в голове богатым внутренним миром, врожденной противоречивостью, амбивалентностью и пр.

          • Артем Краснов

            Сиплый, я не скажу тебе ничего нового. Я такой. И вряд ли уже изменюсь. Можешь читать, можешь не читать. Бубнить одно и то же не надо. Холивара не будет. Объяснять тебе что-то лень.

    • Артем Краснов

      Почему нет? Я отнюдь не запрещал критиковать себя. Я просто говорил, что могу не реагировать на критику и пускать ее лесом. Мысленно отправлять критика на..й))) Но если ты готов это пережить, велкам.

      • Сиплый

        Сегодня как раз никакой критики. Т.е. сегодняшний текст отражает мою точку зрения, почти полностью. Для начала
        Нужно разделить понятие «автор» и «писатель»…»писатель» — это тот кто компилирует ширпотреб ради денег; «Автор» — это тот кто создает новые смыслы на основе анализа окружающих процессов. Это как правило не пересекающиеся понятия.

      • Сиплый

        Ну и как продолжение…пейсателей сейчас пруд пруди…народ пишет ширпотреб ничем особо не отличающийся от контента ТНТ…чтоб время провести, но с налетом интеллигентности, быдло ж не читает :)…хотя это тот же силос для стада баранов, просто эти бараны предпочитают засерать свою голову буквенным мусором, а не аудиовизуальным. Авторов нет…или я их не вижу…постоянно ищу, но не нахожу…всем наплевать на реально интересные темы, они не коммерциализируются…народ не может и видимо не хочет выглянуть за горизонт…

  3. Сиплый

    В литературе пропала идейная новизна…все что сейчас пишется уже когда-то кем-то описывалось…новых идей нет…это видно повсюду…даже в кино идут сплошные сиквелы, ремейки и пр….сценаристы выдохлись….писатели тоже. Это кризис…системный…спираль закручивается. Дальше больше…будет только хуже. Так что не стоит переживать, что не получается стать писателем…это отмирающая сущность, если конечно ты не придумаешь революционную идею и не опишешь её в своей книге…но чет мне это маловероятным кажется.

    • Артем Краснов

      Чертова занятость. Вроде хочется ответить, не могу собраться с мыслями. Но примерно так: кризис идей есть, есть ложное ощущение, что все уже написано до нас, нет сил пробить этот потолок, есть варение в собственном соку.
      И другая сторона медали: есть ли запрос у общества как такового на какую-то «идейную новизну»? Или его информационные рецепторы так плотно забиты потоком информации, что дефицита идейности не ощущается? Вернее, он ощущается в тяжелые периоды жизни или у людей определенного склада или тех, кто на переднем крае войны, науки или государства.
      Но средний человек не имеет перед собой каких-то неразрешимых вопросов. Он определен. Он либерал или патриот, он верит или не верит в высадку на Луну, он хочет кроссовер вместо легковушки и дом вместо квартиры… Идейно он абсолютно самодостаточен, его устраивает некий развлекательно-новостной фон, который спасает его голову от скуки, в остальном перед ним нет каких-то жестких вопросов, ответы на которые он бы по ночам искал в библиотеках.
      Поэтому, не исключено, что как только появляется автор со свежей идеей, которую обычно не так-то просто воспринять, у него нет аудитории, кроме кучки его друзей и сподвижников. То есть я к чему: талантливое есть. Но его не видно, скорее всего, за волной шума, которая всех устраивает.
      Просьба к словам сильно не цепляться, надо бы лучше сформулировать, но в общем как-то так вижу.

      • Сиплый

        В этом и есть основной выбор…для кого писать…для тех, кто на «переднем крае» или для тех кто «средний человек»…есст-но аудитория вторых много больше…но первые определяют бытие и сознание…сейчас к концу подходит очень длинный исторический цикл…и у тебя например есть очень интересная возможность создать смыслы для будущего цикла, но это не получится если ориентироваться на уровень «среднего» человека…и это только твой выбор…

  4. Иван К

    Артем, достаточно давно читаю Ваш блог, еще с «Серого космоса», наверное. Пишу в первый раз только сейчас — потому что, как в том анекдоте, до этого все было хорошо 🙂

    Мне кажется, сейчас Вы смотрите на проблему (если она есть) несколько не с той стороны. По-моему, основа основ писательства — это желание изменить что-то вокруг себя. Иначе это будет, как Вы пишете, графомания. Так вот, Ваши рассказы что-то меняют. «Серый космос», «Сбежим», «Соцсеть пирамида» — могу сказать лично про себя, что прочитал их не зря, они привели меня к… К чему-то привели, в общем, трудно сказать в двух словах.

    А что касается тиражей… Кто-то сказал, что, даже если слово не услышано, оно не становится менее ценным. Просто, конечно, без обратной связи намного труднее писать. Ну вот я и даю такую небольшую обратную связь 🙂

    С уважением и наилучшими пожеланиями, Иван. Пишите еще!

    • Артем Краснов

      Иван, во-первых, спасибо. Спасибо, потому что тот же «Сбежим» мне самому близок, написан он не с «коммерческим расчетом», а просто потому что. И мне немаловажно знать, что кто-то его воспринял. То есть кто-то еще на той же волне.
      Во-вторых, дело-то даже не в обратной связи. Я по-другому скажу: последнее время я занимался очень многими вещами одновременно, писал на автотематику, вел блог, делал что-то для ютуба, пытался писать рассказы, вел передачу на радио и так далее. Так разбрасываться нельзя. Силы реально на исходе. В ближайшее время, может быть, месяца два-три, возможно, придется выбирать. Что-то придется бросить, чтобы сосредоточиться на другом.
      И в этом посте я, собственно, изложил скепсис по поводу того, чтобы оставлять в этой обойме писательство. То есть мне бы хотелось продолжить, но… Но, но. Не знаю. Есть ощущение, что оно не терпит, когда им занимаются по остаточному принципу. Как перевести это на нормальные рельсы — я не знаю.

  5. Не получилось поддержать пятничный холивар — занята была. Вот освободилась. Хочу чутка скорректировать. В моем понимании как раз автор — это графоман, лиггер, тот, кто может написать на заданную тему заданное число страниц. Именно поэтому у нас говорят «автор чего-то» — то есть статьи, книги, текста… Не говорят «писатель статьи». Потому что писатель — это намного больше, чем автор. Настоящий писатель не пишет книгу сам, он пишет ее совокупностью тех людей (их образов), которые в книге есть.
    Второе. Писатель, который не уважает своих читателей, является высокомерным снобом. Мне такие люди напоминают нынешнюю сборную России по футболу: игру показывают посредственную, ни к чему не стремятся, потому что им хорошо и так. Но при этом относятся к болельщикам с большой долей пренебрежения. Чего стоят слова Аршавина «Если мы кого-то разочаровали, то это их проблемы». Просто у меня есть опыт общения с теми же звездными футболистами, но итальянскими, испанскими, бразильскими. Они очень корректно относятся к болельщикам. Как и западные музыкальные звезды относятся к публике с уважением. И мое большое убеждение: пока ты считаешь своих потенциальных читателей быдлом, пока ты отзываешь о них с пренебрежением, считаешь их глупыми, ленивыми, тупыми — они не будут тебя читать. Нельзя прорасти в среде, если ты считаешь себя инородным к ней.

    • Артем Краснов

      Че-та Надя я тебя не понимаю с твоим морализаторством ) Ну в том смысле, что я не считаю читателей быдлом непременно. Даже не помню, где я это писал — если писал, наверное, пьяный был, сейчас сотру. В остальном я считаю, что роль книги снизилась, люди, грубо, ютуб смотрят, но это не значит, что они непременно глупые, ленивые и тупые (ну не все, по крайней мере). Я сам ютуб смотрю и книг я довольно мало читаю. Я и есть носитель той заразы, поэтому, наверное, она мне кажется такой очевидной. Я беру в руки как мне говорят хорошего автора, условного Захара Прилепина, трачу выходные, и понимаю, что я могу прожить без книги условного Захара Прилепина, что она нихуя не сделала меня ни лучше, ни счастливее, и вообще ничего не изменила во мне кроме того факта, что я теперь читал Захара Прилепина. Я не нуждаюсь в таком количестве авторов, даже признанных, которые хотят сегодня завладеть моим вниманием. Может быть, я и есть быдло. Даже скорее так. И эта же логика применима не только ко мне. Отсюда и пост.

      • Сиплый

        Артем, этот пост видимо адресован мне…поэтому ты его и не понимаешь…ты про быдло не писал, подтверждаю…это я писал…

    • Сиплый

      Надежда, выбирайте любое слово, которое вам нравится, но главное различайте эти понятия…пока я не вижу того, что вы поняли принципиальную разницу между «автором» и «писателем»…тут дело вовсе не в снобизме, не в уважении к читателям…а в «авторском» праве…авторство — это не просто набор слов и предложений, авторство — это рождение идеи, нового смысла, той новой формы, стиля, мысли, образа который потом назовут именем автора. Почему например Гоголь — это автор, потому что после него остались такие понятия как «маниловщина» или например Плюшкин.

      • Поскольку я филолог, то я вкладываю в слова тот смысл, какой в них вкладывает словарь. Иначе, если каждый будет вкладывать в слова свой смысл, начнется хаос. Давайте посмотрим, что нам говорят словари относитель двух этих терминов?
        АВТОР, -а; м. [от лат. auctor — писатель, художник]. Создатель литературного или иного художественного произведения, научного труда, проекта, изобретения и т.п.
        ПИСАТЕЛЬ, -я; м. Тот, кто профессионально занимается литературной деятельностью.
        Посмотрите на первое слово. Автором может быть кто угодно — ученый, изобретатель, дизайнер. «Авторство» как понятие выходит далеко за пределы литературы. А вот писатель — это как раз то, о чем вы писали — рождение идеи, нового смысла, той новой формы, стиля, мысли, образа.

        • Сиплый

          Всё верно словарь описывает. «Авторство» как понятие выходит далеко за пределы литературы….это верно….но я прошу вас понять, что внутри литераторов как класса есть авторы и есть писатели. Ну т.е. были…сейчас авторов нет…остались лишь те, кто профессионально занимается литературной деятельностью…

  6. Теперь конкретно для Артема (там уже кнопки Ответить закончились). Я ничего не нашла, я ищу — в том числе и комфортный для себя путь к читателю. То, о чем ты пишешь, я тоже переживаю время от времени. Те же мучения и искания, то же желание зарабатывать на жизнь тем, что мне нравится делать. Я эти переживания не обесцениваю и не порицаю. Но у тебя мир черно-белый. Ты сам высмеиваешь общество за то, что в нем все четко разделено: либерал/патриот, верю/не верю, крымнаш/намкрыш. И тут ты заявляешь: либо быть гением и звездой, либо быть никем.
    Скажу честно, у меня тоже такие периоды бывают, но я себе всегда напоминаю, что в мире нет ничего абсолютно злого, как и нет ничего абсолютно доброго. В мире существуют другие цвета, кроме черного и белого, а в монохромной палитре еще и оттенки серого (как минимум 50, как мы знаем). И надо заставлять себя их видеть. Даже когда хочется назвать что-то просто черным или просто белым.
    К тому же признание само по себе — вещь капризная, непостоянная. Сколько непризнанных гениев в человеческой истории, труды которых обретали смысл после смерти! Я понимаю, что хочется признания при жизни, потому что хочется знать, что все не напрасно. Этого хочется каждому человеку, не обязательно для этого писать романы. И тебя, наверное мало утешит тот факт, что через 50 лет твои рассказы станут бестселлерами. Потому что кушать хочется уже сейчас. Потому что кризис среднего возраста. Потому что просто творческие личности нуждаются в подпитке. Но отсутствие признания вовсе не обозначает, что ты не гений. Как и его наличие не доказывает, что ты гением являешься.

    • Артем Краснов

      >>>И тут ты заявляешь: либо быть гением и звездой, либо быть никем.
      Да может просто это честнее. Либо уж делать нормально, либо не делать вообще. И не пыжиться. Не? Давай я тебе на языке твоего рассказа «Выбор свободы» объясню свою позицию. Кто не читал — велкам, рассказ очень неплох https://ficbook.net/readfic/5578757
      Твой герой оказывается перед жестким, но в чем-то похожим на мой выбор. И в рамках этой дискуссии ты как бы советуешь своему герою: «Дорогой, на кой тебе эта бескомпромиссность, эта погоня за смутными идеалами. Тебе предложили вполне внятные условия, соглашайся». И он у тебя под смертными муками кричит: я не хочу спасать 20 человек, я хочу спасти 20 тысяч или не спасти никого и сдохнуть. И он выбирает второе — не спасает никого и помирает, кстати, находя при этом свободу. И ты, вольно или невольно, романтизируешь этот образ, романтизируешь бескомпромиссность и смерть от нее. Ты показываешь, как надо. И тут же в обычной жизни говоришь ровно обратное: маловероятно, что нужно спасать 20 000. Спасем 20 и уже неплохо. Главное, что комфортно. Я вот не пойму: писательский мир и сам писатель — это две разные вселенные? Мы воспеваем героев просто для того, чтобы воспеть героев? Попробуй написать рассказ, где твои герои ведут себя так, как близко тебе, а не следуют неким абстрактным идеалам, может быть, не получится героическая сага, зато ты сможешь цитировать их в холиварах D

      • Кстати, спасибо за такой необычный взгляд на мой рассказ. Я его не замечала, а сейчас задумалась. У меня там несколько иной был посыл. Если ты решил идти к цели, к мечте, то иди. Тебя будут искушать комфортом, тебя будут предавать друзья, тебе придется терпеть боль (душевную или физическую), лишения, но себя ты не предавай. Даже под страхом смерти.
        Сейчас я в тебе вижу как раз попытку сойти с тропы. Сейчас ты думаешь: если я откажусь от этого, меня помилуют? А если предам вот этих, то могу выпросить себе ништячок. Ты в одном шаге, чтобы все бросить. Я тебя прошу, умоляю — не бросай писать. Просто потому, что ты как раз и есть тот певец времени, каким хотел быть. Из всего, что я читала, ты как раз оставляешь в душах след. Короче, Краснов, если ты бросишь писать, я тебя убью, ей-богу! Торжественно клянусь перед лицом всего сообщества. Я тебя прославлю посмертно, ты понял?
        Так что подумай. У тебя сын. Негоже ему расти сиротой.

        • Артем Краснов

          😀 Спасибо за живительный пинок.
          Что до рассказа, то вот честно, я бы на месте героя с почти чистой совестью выбрал бы вариант капитана. В его позиции проглядывает некий конструктивизм, который, в общем, обычно и ведет к созданию гармоничных обществ, и герой вполне мог интенсифицировать этот процесс. Но да, жил бы под грузом ощущения, что кого-то предал. Выбрал бы медленную пытку, но сделал бы что-то дельное, а так… Героизм слегка картинный вышел — такой хорош для фильмов и плакатов, чтобы других вдохновлять (впрочем, может быть. в этом смысл?)
          А мои сомнения просто связаны с тем, что пришел Винников, и он сейчас скажет — давай для ютуба снимать. И мне ему что-то надо ответить. И на все время не хватит. Вот и думаю.

    • Артем Краснов

      В целом, к.м.к., ты не вполне верно понимаешь мои метания. У меня выбор очень простой: в лодке очень много пассажиров. Кого-то надо высаживать, или потонем все вместе. Вот я и попытался беспристрастно взглянуть на такой феномен, как желание журналистов стать писателями.
      Я достиг какого-то уровня, но впереди еще много работы. Чтобы сделать следующий шаг — нужно время. Времени нет. И не будет, если чего-то не поменять радикально. Как разрубить этот узел, я не знаю.
      Оставить все как есть — так и буду по пять рассказов в год писать до 50 лет, если здоровье позволит, а потом выпущу пять сборников рассказов, которые не факт что кому-то будут нужны. Моя, как ты говоришь, бескомпромиссность — это желание садовника посадить рябину в почву, на не асфальт. Но ты говоришь садовнику: «К чему это такая упертость? Сажай, где есть, я сама так делаю». Фиг знает. Я тебе лично желаю удачи и посрамить меня. В остальном все же буду думать и решать сам

      • От балласта надо избавляться. И очень часто самая тяжелая и громоздкая вещь — самая нужная, но это не значит, что ее надо выкинуть первой. Ты вот пишешь «Либо уж делать нормально, либо не делать вообще» — и это очень верное утверждение. Но позволь один вопрос: ты с чего решил, что ты делаешь ненормально? Где это мерило? Популярность? Это давно уже не равно качеству. Литературные премии? Там кругом нипотизм и вкусовщина. Седые дядьки из жюри приводят своих молодых протеже, которые друганы седых дядек выдвигают на премии. Объективности нет и не будет в этой сфере. Кому-то нравится Камю, а кому-то Прилепин. До усрачки можно спорить по поводу образов и стиля какого-то писателя, но если он тебе не к душе, то его никогда не поймешь. Даже твое собственное мерило — не объективно. Зачем ты сам себя назначил неудачником? Скажи, по каким критериям ты вдруг понял, что делаешь «ненормально»?

        • Артем Краснов

          Я не считаю себя неудачником. До сих пор я осваивал технику, дошел до какой-то стадии, но она еще не самодостаточная, напоминает создание фундамента, но не дома. И чтобы сделать следующий шаг на этом пути, потребуется много времени. Вот конкретно на этой стадии и возникает дилемма: что бросить, чтобы освободить время?
          Альтернатив три: бросить писательство, бросить что-то другое, существовать дальше в режиме вялотекущих попыток. И пока решение не вызрело, хотя чую, что ответ есть.
          Может быть, современному интернет-читателю было бы проще читать, например, короткие рассказы? Тоже размышляю над такой перспективой, и писать проще, и читать.

          • Сейчас вот задумалась: какой смысл ты вкладываешь в слово «нормально». Качественно? Стабильно? У тебя с качеством текста все нормально во всех его слоях. Тогда что тебя на выбор толкает? Ты хочешь писать по рассказу в неделю, но не получается. Для тебя это нормально? Я просто хочу понять, что противопоставляется в фразе «либо делать нормально, либо не делать никак».
            Что касается освобождения времени, то тут нужна смелость, да. Практика показывает, что чем больше проектов, работ и подработок, тем больше времени они жрут. То есть их итоговое целое гораздо больше, чем их математическая сумма. И чуткость тут тоже нужна. Если желание писать сейчас не так сильно, то его надо просто поставить на паузу. Дать себе отпуск. Отложи писательство на месяц-другой, не думай о нем, поставь его в режим аккумулятора, занимайся работой, семьей. А потом удивишься, с какими новыми силами и идеями ты приступишь к рассказам и романам. Если же писать хочется как никогда раньше, то пиши. Не изменяй себе.

          • Артем Краснов

            У меня немного иной взгляд. Все авторы проходят стадии подражательства и освоения техники — вот примерно мой уровень. Здесь все более-менее начинает вырисовываться.
            Но это техника. Это, грубо, как знание гамм и аккордов для музыканта. Умение сыграть «Битлз».
            А далее начинается самое сложное и тонкое: создание чего-то нового, порождение новых идей, новых стилей, новых персонажей. Вся суть творчества в этом. Техника — инструмент, форма Теперь нужно яркое содержание.

          • Артем Краснов

            Для полноценного писателя мне не хватает жизненного опыта. Грубо, я живу в относительно банальных и стерильных условиях. Из них можно выжать две-три книги о себе, о своих рефлексиях, чем я, наверное, и займусь когда-нибудь. Но параллельно стоит задача все же найти другие темы, набрать фактуру, найти какие-то свои мысли — именно свои, а не пересказ идей Стругацких или подражательство Довлатову или Ремарку.
            Понятно, что четкого критерия новизны и настоящести нет. И процесс постепенный. Но это уже другой уровень. Есть неплохо написанные книги, но их не читаешь, потому что нет полета, новизны, смелости. Нет озарений автора. Вот что я разумею под «нормальностью».
            Опять же, не настаиваю. Детективщики или авторы фентези вполне могут писать в какой=то известной канве, продаваться и быть довольными. Тут уж кому что по жизни надо )))

          • Сиплый

            Ну вот! Всё правильно же! Рад что это читаю от тебя!

Добавить комментарий