Почему нет дистантов

Ни в одну из четырёх первых волн коронавируса не было такого, чтобы, позвонив десяти спикерам, я заставал восемь из них на больничном. За последнюю неделю я чаще разговаривал с омикроном (у него глухой апатичный голос), чем с самими людьми. Болеют, кажется, все. Кто не болеет — собирается. Кто не собирается, отстрелялся накануне. Многие болеют повторно. Болеют даже те, кто умудрился бегать от «короны» два года.

Замысел властей выглядит попыткой выжечь коронавирусную поляну встречным огнем. Они отпустили вожжи в надежде, что менее летальный, но более заразный омикрон за несколько недель опустошит собственную кормовую базу, дав нам как минимум передышку (а в наших розовых снах еще и окончание пандемии). Детей, которых омикрон терзает куда сильнее прежнего, выбрали на роль этаких живых вакцин, задача которых — привить нам коллективный иммунитет недельки за две. Многие из моих знакомых заранее ушли на дистант, и все равно заболели, потому что «прививочная кампания» прибыла к ним вместе с дневником и домашкой. Нет, дети, упаси бог, не виноваты — они еще большие заложники ситуации и болеют весьма неприятно.

Отказ властей даже думать о школьном и вузовском карантине выглядит принципиальной позицией, а вопросы на эту тему вызывают у чиновников труднообъяснимое раздражение. В самом деле? Карантин в феврале — это такая редкость? При этом отдельные города уже вводят дистанты самостоятельно, но регион в целом шарахается от этой мысли, словно образование пандемийного образца еще можно чем-то испортить.

Надежды остановить омикрон дистантом не было, да это и незачем. Но ведь и раньше все эти самоизоляции преподносились нам, как способ срезать пик волны. Так почему мы пренебрегаем ими во времена, когда пик достиг таких размеров, что угрожает насадить на себя нашу оптимизированную медицину и провертеть в ней дыру?

Обратная связь из поликлиник пока неоднородна: по отзывам коллег, где-то главные врачи сумели наладить процесс, и терапевты работают в военном, но рабочем режиме. Но где-то уже начался коллапс, и от перспективы встать в очередь с номерком 260 меня лично бросает в пот сильнее, чем от самого омикрона. Я реально сочувствую тем, кто вынужден идти в поликлиники сам или с ребенком, кто цепляет там коронавирус или другие сезонные болячки, кто попросту треплет нервы себе и врачам.

И если волна спадет, скажем, дня через три — то слава богу, считайте, отделались испугом. Если же нынешний рост продолжится, подозреваю, захлебнутся и оставшиеся поликлиники, а часть заболевших получат ненужные осложнения просто потому, что не получили вовремя необходимых лекарств.

Сниженная смертность от омикрона также не должна излишне расслаблять нас, потому что его заразность увеличивает количество людей в зоне риска, поэтому даже умеренная летальность (которая всё равно на порядок выше, чем у гриппа) может вернуть весьма ощутимые абсолютные цифры. Специалисты, например, настроены отнюдь не оптимистично.

Иммунолог Николай Крючков считает, что пик смертности мы достигнем в конце февраля на уровне 1 100 человек в сутки — вдвое больше нынешних показателей. При этом общее число жертв омикрона, по мнению Крючкова, может обновить даже печальный рекорд дельта-волны, которая вывела Россию в антигерои ковидной истории. Просто потому, что омикронная волна из-за своей массовости будет тлеть еще долго.

Вирусолог Сергей Нетёсов в беседе с журналистом нашего новосибирского сайта заявил, что с учетом опыта других стран нужно готовиться к очень высокой волне:

— И готовить такое же число коек, как и для дельты, если не больше раза в два, — заявил он.

Другими словами, за перегрузкой первичного звена, которая выглядит уже неизбежной, мы можем увидеть новое разрастание и переполнение красных зон, и дай бог, если не моргов.

Статистика, кстати, уже сейчас подтверждает эти тезисы. Омикрон пришел в Россию с месячным опозданием от «прогрессивных» стран. Если брать общемировые данные, волна нахлынула в двадцатых числах декабря, и с двухнедельным лагом начала расти смертность. Нынешний пик в 10+ тысяч людей в сутки (по миру) не так и сильно уступает абсолютным рекордам двух прошлогодних волн, когда суточная смертность была близка к 14 тысячам человек в сутки. Видно это и по отдельным странам, например суточная смертность в США сейчас не дотягивает 16% до абсолютного пика годичной давности, хотя, справедливости ради, в Британии, Германии, Индии, Италии нынешние показатели в разы ниже прошлых рекордов.

И Россия, ставшая одним из коронавирусных антигероев осени, рискует снова выбиться в число лидеров со знаком минус по самым разным показателям, включая процент хаоса и непонимания в обществе.

Я лишь надеюсь, что ставка на «омикронный блицкриг» оправдается, и к концу февраля мои рассуждения потеряют актуальность. Но есть также предчувствие, что в ближайшие недели наш сайт опять будет пестреть коронавирусной мрачнухой, от который устали и вы, и мы.